СВЯТОСТЬ КИЕВСКИХ ГОР

Статистика

  • Записей (413)
  • Комментариев (56)
14.01.2011

 

«Киев» – это звучит как призыв, как обращение к Богу – так, возможно, в давние времена взывали жрецы ушедших верований. Миллионы людей и сегодня поклоняются городу, как особо почитаемому сокровенному кумиру. Созидатели прекрасного посвящали ему лучшие творения, выражали словами поэзии, звуками музыки, красками картин, формами строений. Постигая город, не перестаешь удивляться уникальной его неповторимости, и не столько внешней, сколько внутренней, духовной. Недаром Киев в разные времена был «Матерью городов руських», местом «Откуда есть и пошла руська земля», «Иерусалимом земли славянской», «Землей Обетованной», а Днепр называли «Русским Иорданом». И звучит это лучше, чем «Город трех революций», «Колыбель социалистической революции» или «Первопрестольная». Теперь даже школьник скажет, что первый престол, как церковный, так и владетельный, великокняжеский появился в Киеве задолго до основания Москвы. 

Было время, когда Киев называли колыбелью трех братских народов, то есть место, откуда пошли украинцы, русские и белорусы. Получается, что и тогда уже значение города выходило за пределы этнографического или географического понятия. Город приобретал определенное духовное, или, скорее всего, сакральное значение.

Неспроста почти 2000 лет тому благословил Русь Апостол Андрей. В Восточной Европе немало мест, где проходил и останавливался Святой Апостол, но в летописях конкретно указывается только одно место, где Ученик Иисуса, первый провозгласивший Его святость, поставил крест и произнес пророческие слова: «Видите ли, горы эти? На этих горах воссияет Благодать Божья, будет город Великий, и воздвигнет Бог многие церкви». Так Святой Апостол на мысу Старокиевской горы благословил Матерь-Украину и её детей. Куда обратил взор Андрей Первозванный, там воссияла Благодать Божья, там сохранилась духовная сила, помогающая городу уже почти два тысячелетия. Эта благодать распространяется на всех, кто прибывает в Киеве.

Много общего у Киева с другим Святым Городом – Римом. Его благословил брат Апостола Андрея Святой Петр. Киев, как и Рим, стоит на 7 холмах. Но главное и то, что, если Рим – центр Католичества, то Киев – центр Православного мира.

Киев – замечательный город, и люди в нём жили и живут особенные. Это подтверждается просмотром какой-нибудь зарубежной энциклопедии или современного отечественного биографического словаря. И что поражает! В Киеве родилось великое множество знаменитостей, но ни одного руководителя правящей партии или правительства, ни одного представителя злодейско-преступно-репрессивного аппарата. Они не появлялись даже в негативных, опанованных злой силой местах города. Но ни в одном городе мира не родилось столько великих деятелей науки, искусства, культуры, техники и нигде не появилось так много писателей и поэтов!

Это необъяснимое и по сей день явление, было известно еще в глубокой древности. Один еврейский мудрец ХI века говорил, что «свет учения исходит из Киева». Несказанно мало мы знаем про то время, уж очень было в прошлом много недоброжелателей, с намерениями избавиться от свидетельств светлого прошлого. Но, тем не менее, стал Киев «матерью городов» и создавались в нем произведения духовности, которые говорили, не только о гениальности и высоком интеллекте создателей, но наиболее важное, о наличии традиций и преемственности. От огромной, как бы сложенной разноцветной мозаикой культуры Киевской Руси дошли до нас лишь отдельные кусочки смальты, но и они доносят зримые свидетельства высокой одухотворенности горожан Х–ХII в.

Что же оказывает столь благотворное воздействие на мой город? Откуда и с каких причин проявилась такая уникальная духовная избранность? Что влияет на обитателей его? Какое участие в этом Киевских гор? Имеется, и активное! В результате изучения города, приходишь к выводу, что имеется сила будирующая, даже смену социальных формаций. И не только возвышенности, на которых расположены монастыри, особенно Святоуспенская Киево-Печерская лавра.

Во всем мире немало Святых гор, название которых еще более подчеркивает их место в духовной жизни населения.

Старокиевская гора, традиционно считается ядром формирования города Киева. Она, по мнению ряда историков, стала тем местом, «откуда и есть и пошла Руська земля», государственность, и даже, вероисповедание. Но во всех странах, подобные места тщательно выделяются, оформляются, бывает чрезмерно помпезно, их окружают величественными храмами или хотя бы мемориальной скульптурой, строго и бдительно оберегая драгоценную территорию от разрушения и застройки строениями иного, постороннего назначения. В Киеве это не произошло, «мемориальное место» оказалось без должного внимания, на что были свои причины, на которых остановимся особо. Мне кажется, что если в ближайшие годы Старокиевской горе не придать положенный ей историей статус, то через 50-60 лет во всех учебных заведениях Украины будут считать, что государственность и вера пришла в нашу страну с Майдана Незалежности.

Что же мешало поднятию статуса нашего сокровенного места? Причин много, поэтому остановлюсь на самых главных, хоть и давних. Начнем с того, что в 1240 году орда хана Батыя прекратила общественно-религиозную жизнь на Старокиевской горе надолго. которая перешла, с той же общественной активностью, на Подол. Храм и дворцы на Горе перестали быть средоточием державных умов и правящих мужей Древней Руси, вершащих судьбы государства, в той или иной степени интенсивности и влияния.

Еще задолго до этого, Князь Кий, расположив городище на Старокиевской горе, учитывал лишь ее стратегическое положение. Мне кажется, что Олег, хотя никаких свидетельств его пребывания там нет, имел подобные требования. Вещий князь умер, оставив правление своему племяннику Игорю, не увлекающегося делами Руси, а более ретиво «яко волк» рыскавшего по подчиненным племенам за сбором дани, за что и поплатился жизнью. «За морями славы не ищут» заявила его жена Ольга, возводя свою резиденцию на описываемой горе. Наверное, Ольга первой из правителей прочувствовала значение «Княжьего места», поэтому и возвела дворец-ротонду – самое старое каменное строение Х века. Он и сейчас привлекает внимание туристов, но только после подробного объяснения экскурсовода. Здесь княгиня почувствовала необходимость принятия христианства, той веры, которая наиболее соответствовала менталитету славянского люда. Народ пожелал в те времена единоначалия, ставшего привычно-обязательным на многие столетия. Именно единоначалие нашим предкам казалось единственно возможной гарантией собственного благополучия и безопасности, светлого будущего для детей.

Первая княгиня-христианка стала принимать послов, вождей подвластных племен, заморских гостей-купцов, даже епископа – посланца императора Оттона. Так это место стало ГОРОЙ! А городище Кия переросло в столицу. Дары приносились не в Дарницу, не на Подол, а на Старокиевскую гору, получившую державный статус. Византия знала, где вершит Ольга, даже когда ее сын Святослав, ходивший походами на все стороны света, пытался найти место для новой столицы. Здесь стал формироваться киевский детинец, что весьма символично, – древняя фразеология как бы подсказывает, где происходило «детство» нашего государства.

Значимость Старокиевской горы особо растет при князе Владимире. Он, как и его бабка, вполне возможно, и по ее подсказке, постиг значение и святость места. Это заметили и монахи-летописцы. Они красочно описали убийство первых христиан-мучеников Федора и его сына. Обратите внимание на том же месте! Но основным подтверждением важности Старокиевской горы стало воздвижение на ней Десятинной церкви, где впоследствии и погребли Святых князей Ольгу и ее внука – Владимира. В нагорном дворце Равноапостольный князь, выслушав представителей всех вероисповеданий, выбрал единственно верное – православие. Об этом важном событие нам рассказывает картина «Выбор Веры», что висит в Андреевской церкви.

Эта гора стала последним местом, оплотом защитников Киева. Видно и хан Батый не успокоился, пока не взял Старокиевскую гору штурмом, погребая под обломками величественного храма, его последних защитников.

Троичность сопутствует Старокиевской горы, как детинцу, началу, сердцу города, которая как, условно представим, повторяет формы важного органа. От Горы идут три пути, три направления, нет, не географических, а духовно-исторических: к Вере, – в сторону Святой Софии, к власти, – в сторону Михаила Золотоверхого, и к народу – на Подол, торговле и ремеслам.

Даже самое старое дерево Киева – липа – цветет четыре столетия, каждую весну именно здесь! Какая энергетика идет от этого святого дерева, издавна церковные иконостасы резались из липы.

Потом, при многогранном развитии Старокиевской горы возникла необходимость образования отпочкований, своеобразных ответвлений, так появляется Копырев Конец – для чужестранных торговцев, и Город Святополка-Михаила, где группировалась военно-политическая знать.

У меня давно создалось впечатление, что Старокиевская гора не исчерпала до конца свой дарованный историей статус, потому что, вначале разрушения Батыя, и потом запустение, а впоследствии правление перешло на Замковую гору, в Литовский замок, где проводились робкие попытки взять власть, обрести силу, но… Киев перестал быть «матерью городов», и был скорее торжищем, факторией, чем центром абсолютной власти. Поэтому новое особое значение приобретает Замковая гора с крутыми склонами, и узкими оврагами вокруг ее, по которым тяжело, да и нет возможности подкатить стенобитные устройства. И ничего, что замок был деревянным, а не каменным, он и так был неприступным, да и кто затащит тяжелый материал на его отвесные склоны.

Перед литовскими феодалами стояли иные интересы и задачи. Во-первых, они не ощущали влияния культуры Византии, не особо и пытались духовно подавить русичей. К тому же, испытывая более потребность в землях и подданных, они старались их оградить от внешних грабителей, повсеместно ставя замки и крепости. И по сей день нас удивляют твердыни, поставленные литовцами Кориатовичами в Мукачево и Каменец-Подольском.

Крепостное укрепление на Замковой горе, простоявшее почти три столетия, не выполняла угнетающую, подавляющую функцию, это была резиденция наместника, следившего за порядком в подведомственном ему крае. Если вспомнить, что в ХVI ст. при князьях Олельковичах и при Константине Острожском, были попытки усилить власть, сделать ее независимой. Олельковичи за это поплатились головами. А вот Острожский… Да кто смог ему перечить, если киевский воевода был самым богатым и влиятельным в стране? Еще один пример не особого властного значения Литовского замка, когда киевляне не пустили воеводу Гаштольда, поставленного князем в 1470 году.

Но тем не менее гора не получила ни имени польского феодала, литовского воеводы, ни даже «ревнителя православия» Острожского, а почему-то остался в памяти народа Адам Кисель. Именно тот, которого, не любил Корнейчук, уважал Сенкевич и чтил Кулиш. Волынский владелец имений долгое время был киевским воеводой, и старался оставить Киев под польской короной.

Замок – это не только понятие крепости, – это, прежде всего, возможность отпереть, проникнуть в город, овладеть его душой, то есть его обитателями. Поэтому замок не обязательно должен возвышаться физически над строениями, скорее духовно над людьми, их представлениями, жизнью, бытом. Так, например, в романе Ф.Кафки, замок – это власть подавляющая, и в этом достаточно символики. Даже место перед «донжоном», там где «каралы на горло», то есть ее отрубали, носило скорее литературный, опереточный характер.

Замок, как символ власти насилия, подавления не характерно для нашего города, – в Киеве он главенствовал тогда, когда феодализм был прогрессивным явлением, и замок служил больше щитом, защитой, чем давлеющей над сознанием, властью.

Да и форма нашей замковой горы более похожа на корабль, который дрейфует среди других гор-льдин, а не айсбергов. Замковая гора не особенно возвышается над городом. Во-первых, она не самая высокая из 7 киевских гор, принимая как бы подчиненное положение, скорее являясь поддержкой, чем подавляющая правлением властью.

Через столетия изменились социальная формация, Киев стал губернский городом Российской империи, поэтому сменила название и гора, став на этот раз Флоровской в честь монастыря, расположенного у ее подножия. Здесь зазвучали молитвы и благодеяния.

Божья благодать распространилась и на окружающие кручи и овраги, и охватила горы, где вначале поселились братья основателя города Кия. В мою задачу не входит определения, какая из них первоначально была Хоревица, а какая – Щекавица.

Именно гора Щекавица, первая попыталась лишить «Мать городов», символа власти – князя Олега, провозгласившего этот лозунг, – убрав его, посредством змеи, коня и кудесника. Считается, что его там и погребли, совершив посмертную тризну над его прахом. 

“Ой, ізгадай друже милий, як зо мною ти гуляв

На Скавиці та шукав Віщого могили!…

Ми чужих могил шукаємо, а могила знайде нас.

Коли ж прийде смертний час, того не вгадаймо!” 

Такие стихи послал профессор Киевского университета Михайло Максимович своему приятелю из Москвы Михаилу Погодину. В этих стихах имеется намек на одну из распространенных киевских легенд о смерти Олега, использованную А.С. Пушкиным в гениальной “Песни о Вещем Олеге”. Именно там, после слов волхва, что князь примет смерть от своего коня, Олег расстался с верным другом. Спустя много лет, Вещий Олег, захотел посмотреть на коня, а из черепа выползла змея, и смертельно ужалила князя. Поиски там могилы Олега уважаемыми учеными друзьями было вполне уместным, так как именно по летописи, в 912 г. на Щекавице или Скавице похоронили киевского князя. Поэтому к этим двум названиям гор можно добавить еще одну – Олеговка.

По летописи эта гора была за другим братом-основателем Киева – Щеком, и впервые упоминается под 1151 году, в связи с обороной Киева от войск князя Юрия Долгорукого. В ХV-ХVІ ст. Щекавица принадлежала Киевскому замку. В 1619 г. ее передали киевским мещанам для заселения, так как низинную часть Подола ежегодно заливало наводнение. С конца ХVІІІ ст., на том месте, где ныне радиовышка, было Подольское кладбище. В частности тут было похоронено множество известных людей, среди них знаменитого композитора Артемия Веделя, архитектора Андрея Меленского, исследователя Киева, известного историка Владимира Иконникова и прадеда упомянутого профессора бунчукового товарища Ивана Максимовича.

Учитывая традиционное мемориальное значение Щекавицы, в мае 1861 г. было предложено тут захоронить Тараса Шевченко. Но это предложение была категорически отклонена царской администрацией, которая вполне резонно считала, что могила Великого Кобзаря станет местом проведения национальных мероприятий. В 1782 г. тут возвели Всесвятскую церковь, а в 1809 г. – ее колокольню, которые до нашего времени не сохранились.

Щекавица, или Скавика выполнила вспомогательную роль, как второстепенная святая гора, менее значительная, чем Княжья и Замковая. А что было под ней, нужно рассказать отдельно. 

Начиная с XIV века город, в то время Киево-Подол, жил своей жизнью. Для того чтобы им овладеть, не обязательно нужно было трогать его замковое укрепление; оно было как-то в стороне. Замок не особо интересовал тех захватчиков, которым важен был лишь грабеж, а не смена правления, поэтому крымские татары, нещадно грабя город, захватывая даже Лавру, обходили Замковую гору стороной, не трогая ее правящих обитателей. Существует легенда, что Богдан Хмельницкий в 1648 году счел нужным сжечь замок, для него он, как «Зимний дворец» для Ленина, был символом прежней власти. Гетман просто хотел в корне, революционно сменить правление.

Горы Детинка и Уздыхальница имеют свою историю. Они не были означены никакими строениями – ни сакральными, ни оборонными. На них тоже происходили исторические события и обитали люди, но, тем не менее, духовное значение этих возвышенностей было несколько иным. 

Про киевские горы не написали песен, не то что о Московском Кремле.

Кремль, занимающий много столетий главенствующее место, как духовный центр Московского царства, потом Российской империи, стал с 1918 г. местом пребывания пролетарских вождей и руководителей России. Но заметим, что если в Киеве эти исторические места носят положительное начало, то о соседской столице это сказать нельзя!

Почему Кремль не стал позитивным стимулом, носителем добрых чувств и эмоций? Имеются много причин. Наличие Лобного места, Мавзолея и Кремлевской стены в роли почетного «колумбария»… Обиталище «кремлевских мудрецов», которые вынашивали планы захвата, властвования над всем миром. Все это не так просто проходит, хочется отметить, что все люди «необъятной Советской страны», «от Москвы до самых за окраин» вначале смотрели на кремлевские стены с доброй надеждой на благоприятный исход их дел, потом на желанное снисхождение, впоследствии тщетно, на помилование… и, в конце концов, с ненавистью. Даже в декабре 1917-го большевики организовали штурм Кремля, с башен и стен которого метко стреляли юнкера. А военные парады, массовые демонстрации были рапортами о каких-то деяниях, недоброго, кровавого содержания, то есть «праздниками со слезами на глазах», а постоянные… похороны. В этом присутствует что-то зловеще трагическое, когда не хоронят на кладбище, то есть месте, специально подготовленном для скорби и памяти, а на главной площади державы. Причем всех без церковного отпевания! Это метко заметил в беседе один мой близкий друг. Вот и вынужден отметить, что злоба, ненависть, кровь накапливались «в стенах древнего Кремля». Вот почему Кремль оказывал на постоянных обитателей тлетворное, губительное влияние. Пролетарские вожди часто и сильно болели, поэтому старались как можно чаще бывать на дачах, на курортах, даже в больницах… Их пребывание в стенах Кремля становилось все реже и реже. Сталин последние годы там не жил, Хрущев тоже, а Брежнев из-за постоянного проживания там совсем стал похож на ходячую мумию. Плохая энергия так накопилась в Кремле, что в нашем сознании Андропов и Черненко, не успев обосноваться в апартаментах, переселились в стену рядом. Можно назвать Горбачева, но он единственный, который пришел к власти неожиданно, с добрым началом, но место обитания и его испортило, как впоследствии и Ельцина…

После обзора всех гор, вернемся к Старокиевской горе, на которой ни осталось ничего примечательного, но к ней приобщались в своих домах члены ЦК КПУ, правительства УССР, начиная с В.В. Щербицкого. Их самочувствие и душевное здоровье на Десятинной улице стало отменным. Это касалось Л.М. Кравчука и его следующего президента. Вспомните скандал, когда супруга Л.Д. Кучмы пожелала всего лишь пробить окошко в свою квартиру на торцевой стороне старого дома. Видно, для ее семьи возникла крайняя потребность в позитивной энергии, идущей от Святых киевских гор. Так что, здесь мы видим, как говорят в Одессе, «две большие разницы»…

Нельзя не сказать, что на Десятинной улице, благодаря энтузиазму супругов Понамарчук и И.Горбачевой открылся музей «Духовные сокровища Украины» с уникальными иконами. Что еще более подчеркивает избранность места…

И пусть святость киевских гор не открывается с первого раза! И каждому… Но ведь и откровение Божье или нахождение истины легко не дается! Во всем нужна подготовка, вхождение в нужный настрой. Вложите всего себя в ваши желания, духовно подготовьтесь, обратитесь к Богу, и тогда взойдите на Горы Киевские… и лишь после этого возможен полет над обыденностью, бренностью, постижение самого высокого, воздушного, небесного! 

Виктор КИРКЕВИЧ

Карта сайта | Версия для печати | © 2008 - 2017 Секретные материалы 20 века | Работает на mojoPortal | HTML 5 | CSS